Соображая на троих

Соображать на троих 6 мая будет не кто-нибудь, а все Соединенное Королевство Великобритании вместе с Северной Ирландией. В преддверии голосования предвыборные страсти, как водится, накалены до предела. Но на этот раз масла в огонь, горящий в политическом камине туманного Альбиона, подливает факт, который свалился как снег на голову британцам, с молока матери привыкающим к вековому порядку вещей, когда к власти неизбежно приходит один из двух, а третий здесь вроде как лишний. Начиная с XIX века соперничали лишь две стороны: сначала тори и виги, затем консерваторы и либералы и, наконец, консерваторы и лейбористы. Даже форма зала заседаний британской Палаты общин сформировалась соответствующая: так, чтобы правой и левой стороне – правящей и оппозиционной партиям – было удобнее ругаться во время заседаний. И вот XXI век привносит новые веяния, ломая устоявшиеся привычки: теперь, оказывается, что убедительный шанс на победу имеют не две, а три партии. Но это еще полбеды. Самое главное: никто не знает, как эти партии будут договариваться между собой, если ни одна из них не получит «контрольного пакета» – больше половины мест в нижней палате парламента…

По свежим данным британских социологических опросов, за консерваторов готовы отдать свои голоса 35% жителей «старой и доброй», за лейбористов – 30%, за либерал-демократов – 25%. Однако стоит иметь в виду, что избирательная система в Великобритании – мажоритарная, а это значит, что процентное распределение партий в Палате общин будет зависеть от конкретной географии округов, а следовательно – зазор между опросными данными и реальным результатом на выходе может быть весьма существенным. Вот и приходится признать, что, по сути, угадать лидера практически невозможно. Да, фаворитами гонки считаются консерваторы во главе с аристократичным Дэвидом Кэмероном. Но повторим еще раз: выиграть наибольшее количество голосов на этих выборах не означает выиграть большинство в палате, а значит придется блокироваться с «врагами», чтобы сформировать долгожданное новое правительство Ее Величества.

Именно в этом и новизна ситуации: фактически происходит отказ Британии от ее автохтонной двухпартийной системы, которая, к слову, прочно прижилась лишь в странах англосаксонского мира. Политическая модель в Королевстве становится более схожей с классической континентально-европейской моделью, которая предполагает наличие не двух (как в Англии и США), а трех основных политических лагерей, борющихся за власть: социал-демократов, либералов-центристов и правых (партии последних в современной Европе принято также называть «народными»). Такая тройственная модель создает определенный баланс сил, не дающий стране перебрасываться из крайности в крайность и вынуждающий политиков идти на компромисс вместо того, чтобы фанатично двигать свою идеологическую линию.

Насколько легко приживется такая модель по ту сторону Ла-Манша?.. Время покажет, но хочется предположить, что без особых шоков и трудностей, учитывая взвешенный и спокойный темперамент британцев. Хотя надо иметь в виду, что времена для Великобритании сейчас далеко не простые в смысле исторического выбора дальнейшего пути. Дело в том, что при Блэре и Брауне Лондону удавалось играть в тяни-толкай, не давая четкого ответа на вопрос о видении концепции евроинтеграции. С одной стороны, лейбористское правительство при каждой удобной возможности пыталось откреститься от ярлыка фатального евроскептика, который привыкли вешать на единственную в Европе страну с левосторонним движением. С другой – Британия продолжала проявлять максимум осторожности в шагах, нацеленных на централизацию власти в Евросоюзе. Многие политики, да и простые подданные британской короны выражали недовольство по поводу столь откровенной половинчатости позиции правящего кабинета – в конце концов, не мешало бы определиться, будет ли Великобритания идти дальше в процессах политической интеграции либо она скажет «стоп» на определенном рубеже! «Заднескамеечники» – Партия за независимость Соединенного Королевства – даже попыталась провести через парламент законопроект о референдуме с вопросом о целесообразности нахождения Британии в Евросоюзе, но попытку пресекли – а вдруг ответ народа будет «чреват боком» многим начинаниям европолитиков…

Кстати, о «заднескамеечниках» (так в британской политической культуре было принято называть депутатов, которые не примыкают ни к одной из двух основных партий): упомянутая партия «независимцев» набирает в Соединенном Королевстве всю большую популярность. На прошедших не так давно местных выборах ей удалось во многих графствах вклиниться в традиционный триумвират, заняв во многих муниципалитетах третье, а кое-где и второе место по представительству. Более того, «независимцы» прошли в Европарламент, где вместе с представителями других стран образовали мини-фракцию политиков-евроскептиков, для которых национальный суверенитет важнее, чем райские кущи глобализации.

О внешней политике много предвыборной риторики посвятили и либерал-демократы во главе с харизматичным Ником Клеггом. Только если для националистов евроинтеграция и другие «континентальные штучки» – это зло, то для «желтых» (именно этот цвет считается эмблемным у британских либералов) наоборот – все беды от того, что Британия постоянно шла на поводу у Вашингтона, вместо того, чтобы шагать в ногу со всей цивилизованной европейской семьей. Так что перед новой властью Соединенного Королевства будет стоять наитруднейшая и наиважнейшая задача – определиться, наконец, с геополитическим выбором своей страны, ведь до сих пор он продолжает выглядеть размытым и туманным, как сам Альбион.

Секрет успехов «третьих сил» в избирательной кампании в общем-то прост. Это неудачная и громоздкая политика лейбористского кабинета. Дело в том, что лейбористы выдохлись, пытаясь всевозможными методами залатать все дырки в национальной экономике Британии. Гордон Браун предпочитал не церемониться с идеологическими заморочками и предпринимал меры, которые не только были крайне непопулярны у британского обывателя, но порой шли совершенно вразрез с доктринальными установками лейбористов, тем самым голоса потенциальных выборщиков мало-помалу сдувались, будучи подхватываемы иными политическими силами. А свято место пусто не бывает.

Что сулят результаты выборов для нашей страны?.. Да ничего хорошего. И консерваторы, и либерал-демократы еще более зациклены на стереотипах о правах человека и принципах демократии, чем лейбористы, которые, считаясь большими прагматиками, занимали все же жесткую позицию в отношении диалога с Беларусью (из всех стран ЕС, напомним, подобное «принципиальное упрямство» с Великобританией разделяют лишь Нидерланды). И все же – британский олимп обновляется, а ожидание нового всегда сопряжено с оптимизмом. Поэтому посмотрим, как дальний, но при этом довольно значимый торгово-экономический партнер Беларуси будет соображать на троих.

Владимир ВАСИЛЬКОВ,
БЕЛТА.