Парламентские и президентские выборы: новый этап взаимодействия

К моменту старта парламентских выборов, назначенных на декабрь 1995 года, потребность в консолидации правящей элиты (в широком смысле) стала осознаваться предпринимательским сообществом. Не случайно весной 1995 года, когда произошло организационное оформление «партии власти» – движения «Наш дом – Россия» под руководством В.Черномырдина, предпринимательские круги в большинстве своем поддержали это начинание. Однако уже по ходу избирательной кампании лишь слегка закамуфлированное соперничество между группами В.Черномырдина и О.Сосковца, между Кремлем и Белым Домом, при подчеркнутом невмешательстве в ход предвыборной борьбы Президента Б.Ельцина, создало атмосферу неопределенности, при которой бизнес-элита предпочла занять выжидательную позицию. Косвенно это подтверждает тот факт, что в партийных списках НДР и «Блока И.Рыбкина», другого проправительственного объединения, практически отсутствовали выдвиженцы серьезных предпринимательских структур. Оказывая финансовую поддержку НДР, многие из них, даже «Газпром», главное внимание уделили продвижению в Парламент собственных кандидатов, шедших по одномандатным округам.

В результате, несмотря на мощную финансовую поддержку и в целом грамотно проведенную избирательную кампанию, НДР показал более чем скромный результат (10,1%), а «Блок И.Рыбкина» и вовсе с треском провалился. Это был сильный удар, но одновременно и хороший урок, который, впрочем, не сразу был усвоен.

В то же время было бы неправильным считать, что парламентские выборы декабря 1995 года были полностью провалены «партией власти» и связанными с ней экономическими структурами и не имели никаких позитивных следствий.

Во-первых, бизнес-элита в какой-то степени преодолела синдром самодостаточности, поняла, что помимо ее интересов есть еще и интересы неэлитных групп, которые также необходимо принимать во внимание.

Во-вторых, она осознала значимость своего присутствия в политическом процессе через политиков разного уровня, представляющих ее интересы, и поняла, что это не менее эффективный способ воздействия на власть, чем поиск в ее коридорах «покровителей», которые сегодня есть, а завтра нет, не говоря уже о взятках и тому подобных «инструментах» криминального или полукриминального «лоббирования».

В-третьих, парламентские выборы 1995 года впервые, пожалуй, наиболее ярко продемонстрировали эффективность современных избирательных технологий, что дало мощный импульс для развития рынка экспертных, имиджмейкерских, рекламных, социологических услуг. В ходе выборной кампании многие корпорации и коммерческие банки стали серьезное внимание уделять имиджевой рекламе, контактам со средствами массовой информации, создавая специальные подразделения по связям с общественностью. Возникло много и независимых специализированных кампаний, рекламных агентств («Фонд эффективной политики», «Видео интернешнл», «ЛИС’С» и др.).

Начало этому направлению деятельности в свое время положила группа «МОСТ» и лично ее президент В.Гусинский, создавший целую сеть подконтрольных ему средств массовой информации; затем сферу «паблик рилейшенс» активно стал осваивать глава группы «ЛогоВАЗ» Б.Березовский, на протяжении двух последних лет – фактический хозяин первого, центрального канала российского телевидения. Не случайно именно эти две фигуры сыграли ключевую роль в мобилизации российских СМИ на тотальную поддержку Б.Ельцина во время выборов президента России.

Таким образом, уже в ходе парламентских выборов был заложен фундамент будущей победы на президентских выборах Б.Ельцина, где если не решающую, то во всяком случае весьма значительную роль сыграла бизнес-элита.

Между тем старт избирательной кампании действующего Президента вовсе не сулил конечной победы. Всего лишь несколько месяцев отделяло начало президентской избирательной кампании от парламентских выборов, где безусловную победу одержала Компартия России. В высших эшелонах власти не было ясности в отношении того, стоит ли вообще Б.Ельцину баллотироваться на второй срок. Высказывалась точка зрения, что В.Черномырдин более приемлем в качестве консолидированной фигуры «партии власти». Но даже тогда, когда Б.Ельцин официально объявил о своем участии в президентских выборах, еще в течение почти полутора месяцев сохранялось ощущение отсутствия какой бы то ни было внятной стратегии избирательной кампании Б.Ельцина. Все это было следствием подспудной борьбы, конфликта между группами влияния в президентском окружении.

Ситуация, сложившаяся вокруг избирательной кампании Б.Ельцина, тем временем вызывала все большую тревогу у бизнес-элит. Просто проигнорировать эти выборы она не могла, так как слишком многое было поставлено на карту. Зная о планах группы О.Сосковца-А.Коржакова по срыву или переносу президентских выборов, Б.Березовский, глава «ЛогоВАЗа», человек очень близкий к кремлевским коридорам и к А.Коржакову, с которым он тем не менее порвал, провел серию совещаний с представителями наиболее влиятельных финансово-промышленных групп, результатом чего стало так называемое «Обращение 13″.

Это обращение стало переломным в ходе избирательной кампании. После него Б.Ельцин сменил состав своего избирательного штаба, во главе которого вместо О.Сосковца встал А.Чубайс.

После фактического отстранения группы О.Сосковца-А.Коржакова от непосредственного руководства избирательной кампанией Б.Ельцина группа «13″ выступила с еще одним заявлением. Теперь уже с фактическим ультиматумом коммунистам и отрицанием их программы. Таким образом, заявив о себе как о надпартийном арбитре, бизнесмены сделали еще до выборов свой выбор в пользу партии власти.

В целом, на стороне Б.Ельцина выступили три из четырех крупных политико-экономических группировок – «ТЭКовская», «московская» и «ВПК». Последняя, хотя и переживала трудные времена, к 1996 году уже была менее оппозиционно настроена к федеральным властям. Прежде всего, по причине возрождения некоторых крупных оборонных производств, главным образом, за счет зарубежных заказов. Отказ государства от ограничений права свободного выхода экономических субъектов этого типа на внешний рынок отчасти компенсировал последним утрату былых госзаказов и примирил с нынешней властью.

А вот аграрное лобби осталось по-прежнему в жесткой оппозиции. Отказ властей поддержать дотациями его долги и ограничить импорт в Россию продовольственных товаров неизбежно толкало эту экономическую группу в ряды последовательных противников Президента, что сделало ее одной из наиболее устойчивых групп поддержки главного соперника Б.Ельцина – Г.Зюганова.

Несколько сложнее обстояло дело с финансовыми кругами России. К 1996 году большинство коммерческих банков оказались в довольно сложном положении. Возможность зарабатывать «легкие» деньги на высокой инфляции исчезла. Большинство банков столкнулось с кризисом ликвидности. Прошла целая волна банкротств мелких и средних банков. В реальном секторе экономики предприятий, выгодных с точки зрения инвестирования и размещения кредитов, было не так уж много, и за них развернулась острая борьба. В частности, конец 1995 года – начало 1996 года был ознаменован серией скандалов вокруг залоговых аукционов ряда крупных приватизированных предприятий (РАО «Норильский никель», нефтяная компания «ЮКОС» и «Сиданко»).

«Героями» этих скандалов стали, с одной стороны, ОНЭКСИМбанк и «Менатеп», с другой – «Инкомбанк» и «Российский кредит». По прошедшим аукционам победа (хотя и оспаривавшаяся соперниками) досталась ОНЭКСИМбанку, получившему в залог пакет акций РАО «Норильский никель» и «Менатепу», которому достались госпакеты акций крупнейших нефтяных компаний «ЮКОС» и «Сиданко». А вот «Инкомбанк» и «Российский кредит» (вместе с примкнувшим к ним «Альфа-банком») развернули политическую кампанию, целью которой было пересмотрение итогов конкурсов.

Идея передела собственности сблизила некоторые крупные финансово-промышленные групп с российскими левыми, выступающими за отмену итогов приватизации и всех связанных с ней изменений форм собственности.

До недавнего времени считалось, что основной костяк финансовой подпитки КПРФ – это среднее предпринимательство, не имеющее серьезной «крыши» в нынешних органах власти и недовольное курсом правительства. В крайнем случае, в группу поддержки зачислялась часть директорского корпуса – бывшие «красные директора», связанные с коммунистами общностью прошлого, кадрового и политического. Однако коммунистов в 1995-1996 гг., судя по просачивающейся информации, поддерживали и отдельные представители высшего эшелона предпринимательства, в частности некоторых коммерческих банков. В их числе назывались такие, как «Инкомбанк», «Тверьуниверсалбанк», «Промстройбанк».

Следует однако оговориться, что достоверной информации на этот счет не было и нет, поэтому нередко конкуренты вышеназванных банков используют слухи об их сотрудничестве с Компартией с целью компрометации их в глазах власть предержащих. Вообще организация «утечек» конфиденциальной информации с последующим тиражированием их в СМИ стала чуть ли не излюбленным приемом конкурентной борьбы банков друг с другом.

В свою очередь Г.Зюганов и Компартия в вопросе о собственности заняли достаточно гибкую позицию. Формула Зюганова – ренационализировать лишь то, что было приватизировано с нарушением закона – похоже, вызвала, на первых порах, некоторый интерес, особенно у тех, кто считал, что передел собственности был осуществлен несправедливо.

Однако после перевода избирательной кампании в режим жесткого противостояния по принципу «кто кого», продемонстрировать нелояльность кандидату от «партии власти», открыто заявить о поддержке его оппонента для любого из серьезных предпринимателей стало просто невозможно. Поэтому если неафишированная помощь Г.Зюганову кем-то и оказывалась, то публично практически все предпринимательские структуры России высказывали свою полную и безусловную поддержку Б.Ельцину.

Способы и формы участия предпринимательских структур в президентских выборах были различны. Безусловно, ключевое значение имело финансирование избирательной кампании Б.Ельцина. По неофициальной информации, стоимость его кампании составила около 40-50 трлн.руб. или около 1 млрд.долл. Сюда включены как стоимость самой избирательной кампании, так и те средства, которые Б.Ельцин либо выделял, либо обещал выделить территориям, предприятиям, отдельным социальным группам в ходе своих поездок по стране (большинство из которых были, впрочем, отменены сразу же после окончания выборов). При этом основная часть расходов предпринимательских структур как раз приходилась на выделение средств отдельным территориям и предприятиям с тем, чтобы последние могли рассчитаться со своими долгами по зарплате. Например, «Национальный резервный банк», занимающийся обслуживанием внешнего долга России, перед первым туром выборов по просьбе Министерства финансов профинансировал Министерство атомной промышленности на пятьдесят миллионов долларов для единовременной выплаты зарплаты работникам атомной отрасли. И таких примеров было множество.

К формам косвенной поддержки можно отнести и полугодовое замораживание цен на энергоносители (газ, нефтепродукты, электричество) для внутреннего потребления, на чем отдельные предприятия ТЭКа понесли большие убытки и в результате чего позднее, уже после президентских выборов, разразился острый энергетический кризис в регионах Дальнего Востока и Сибири. В этом же контексте следует рассматривать сохранение на достаточно высоком уровне процентов по банковским вкладам частных лиц (прежде всего, находящимся в контролируемом Центральным банком России Сбербанке, аккумулировавшем до 70% вкладов граждан России) при постоянном снижении темпов инфляции. Все это были не экономические, а политические меры с явным привкусом популизма.

Второе направление – это работа в регионах. Примечательно, что наибольшую поддержку в ходе выборов Б.Ельцин получил именно в тех регионах (мегаполисы – Москва, Петербург, Екатеринбург, Северо-Восток страны, часть республик Поволжья), где сильны позиции финансово-промышленных групп.

Наконец, значительных финансовых вложений потребовала уже отмечавшаяся мобилизация на поддержку Б.Ельцина ведущих российских средств массовой информации, особенно телевидения. Здесь ключевую роль сыграли ранее конфликтовавшие между собой Б.Березовский и В.Гусинский. Ими была организована невиданная по своему размаху пропагандистская кампания, причем не столько по поддержке Б.Ельцина, сколько по дискредитации его главного соперника Г.Зюганова.

Нередко в России уже после окончания президентских выборов можно было услышать, что в ходе избирательной кампании предпринимательские элиты руководствовались либо корыстными, либо сугубо классово-корпоративными интересами. Отчасти это так и есть. Но лишь отчасти. Альянс Б.Ельцина и бизнес-элиты продемонстрировал также настоятельную потребность в наличии в России консолидированной власти. Предпринимателям, как выразился один из них, надоело «размазывать» свои инвестиции в политику. Их больше не устраивало избыточное количество центров принятия решений, имеющих к тому же несовпадающие взгляды на развитие страны.

При этом конечно, каждый из них имел свой интерес и связывал надежды на благоприятные для себя перспективы. У кого-то они оправдались, у кого-то нет.