23 февраля военные России отметили свой профессиональный праздник

23 февраля военные России отметили свой профессиональный праздник – День защитников Отечества. На фоне поздравлений резко прозвучали слова министра обороны Родионова о критическом положении в Вооруженных Силах. Глава военного ведомства обрушился на секретаря Совета обороны Батурина, утверждающего, что в армии все в порядке. Родионов обвинил Батурина в сокрытии фактов, свидетельствующих о плачевном состоянии армии. Сам Родионов считает, что Россия располагает достаточным количеством самолетов и ракет, но может потерять надежность систем управления. По словам министра, несколько лет системы управления не финансируются, а существуют за счет увеличения сроков эксплуатации. А на встрече с ветеранами войны в Москве Родионов сказал, что Россия может потерять контроль над ядерным оружием.

Генералы и офицеры считают, что армия переживает один из самых тяжелых периодов в своей истории. По их словам, если 4 года назад наиболее остро стояли социальные проблемы, то сегодня к ним добавились военно- технические, материальные, финансовые и другие. Такие виды Вооруженных Сил, как ВВС и ВМФ, подошли к той черте, за которой может последовать полный развал. Что касается Ракетных войск стратегического назначения (РВСН), то недостаточное финансирование ведет к тому, что в ближайшее время порог контролируемой безопасности может начать снижаться. Родионов, на котором лежит вся ответственность за возможное негативное развитие событий, будь то социальный бунт в армии или нештатная критическая ситуация в РВСН, старается привлечь к армейским проблемам внимание Президента и Правительства.

Министр обороны как человек, профессионально связанный с армией и обладающий достаточным объемом информации, разумеется, объективно, хотя и нелицеприятно оценивает состояние Вооруженных Сил. Родионов вряд ли преувеличивает уровень развала армии, потому что, находясь в должности министра, очень нелегко признаваться в том, в чем признается он. Это фактически беспрецедентный случай, когда чиновник такого высокого ранга откровенно докладывает общественности о колоссальных проблемах, существующих в армии. Его поддерживает и общественное мнение: в последнее время состоялось три обсуждения армейской проблемы – в «Горбачев-фонде», в ассоциации «Гражданский мир» и в Совете по внешней и военной политике. Их оценки совпадают с оценкой министра обороны и заключаются в следующем: нынешнее состояние Вооруженных Сил граничит с национальной катастрофой; если реформу не начать немедленно, реформировать будет нечего. Речь даже идет уже не о реформе, а о формировании новых Вооруженных Сил России.

Почему же Батурин оценивает ситуацию иначе? Здесь может быть три причины. Первая: секретарь Совета обороны судит о состоянии армии по тем фрагментам, которые ему показывают. А показать мы до сих пор, по опыту советского периода, можем не так, как есть на самом деле. Во-вторых: в политическом плане Батурин слишком подневольный человек, а за свое место, видимо, крепко держится. В-третьих: ему не хватает профессиональных знаний для оценки состояния Вооруженных Сил, а точнее, для поиска достоверной информации об их состоянии.

Но нынешняя власть не любит, когда ее напрягают проблемами. И Ельцин 23 февраля заявил, что наметились тенденции военной реформы и дела в армии сдвинулись к лучшему. Несколько позже Ельцин довольно резко отреагировал на заявление Родионова, заявив, что за дела в армии отвечает прежде всего глава министерства обороны и что нужно не причитать, а заниматься делом. При этом Президент не сказал самого главного – как министру обороны кормить солдат, выдавать зарплату офицерам, обеспечивать их жильем, вооружать войска и проводить учения, не получая даже тех средств, которые определены бюджетом. Министерство обороны – не коммерческая фирма, где многое зависит от предприимчивости директора, а бюджетная госструктура, которая должна обеспечиваться государством. В то же время не кто иной, как Ельцин, с момента прихода к власти постоянно произносит банальности о том, что военная реформа идет, что, оказывается, уже завершен ее первый этап и так далее. Наверное, это очень секретная реформа, о которой знает только Верховный главнокомандующий. Ельцин распорядился сократить численность ВС с 1,7 млн. до 1,5 млн. военнослужащих к концу текущего года. Однако, по оценкам ряда аналитиков, фактическое число военнослужащих ниже официальной цифры, поскольку высок процент увольняющихся, а некоторые воинские части существуют лишь на бумаге.

Недавно Ельцин имел беседу с командующим Дальневосточным военным округом (ДВО) Чечеватовым, после чего последний заявил, что Президент не предлагал ему повышения в должности, но он готов занять любой пост, который будет предложен ему Верховным главнокомандующим. Считается, что Чечеватов стал пользоваться расположением Ельцина с того момента, когда в прошлом году во время остановки Президента в Хабаровске по пути в Китай представил ему четкий и подробный доклад о состоянии дел. Чечеватов также оказал Ельцину серьезную поддержку в ходе президентской кампании 1996 года. Встреча Чечеватова с Ельциным состоялась на фоне упорных слухов о том, что наиболее вероятным преемником Родионова станет нынешний командующий ДВО. В отличие от Родионова, Чечеватов доложил Ельцину, что Вооруженные Силы находятся под полным контролем, хотя и предупредил о том, что нельзя допустить ухудшения условий содержания армии. Он подчеркнул, что ВС способны выполнять поставленные задачи, но положение в них весьма серьезное.

Родионов сделал грубейшую ошибку, он не понял, что в зазеркалье российской власти всерьез говорить о государственных проблемах глупо. Правила игры требуют поддерживать иллюзию хотя бы относительного благополучия. Абсолютно неважно, кто сменит Родионова. Новоиспеченный министр будет излучать оптимизм и декларировать семимильные шаги военной реформы по крайней мере до тех пор, пока где-то не громыхнет ядерный объект или армия не взорвется стихийным бунтом.